« ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
 


     При таких манерах и привычках Амаро, тем не менее, был человеком набожным. Больше всего он почитал Святого Жорже — вероятно, из-за их общей любви к лошадям. На церковных процессиях он не ограничивался одним лишь своим присутствием, но также помогал нести образ Пресвятой Богородицы, а при встрече со священником целовал тому перстень.
     Часто Амаро седлал своего гнедого жеребца по кличке "Чемпион", названного так в честь коня Джина Отри, знаменитого "поющего ковбоя", и отправлялся в путь, но отнюдь не на поиски злодеев — его целью были женщины всей округи.
     И одинокие, и замужние, все они считались его кумами. Амаро называл их так потому, что они регулярно приглашали его стать крёстным отцом их младенцев, многие из которых вполне могли приходиться ему родными. По приблизительным подсчётам в Пау Гранде и окрестностях Амаро являлся отцом, по меньшей мере, 25 детей, не считая девятерых в его собственной семье. Это значит, что у Гарринчи было, как минимум, тридцать братьев и сестёр, а не восемь, как принято считать официально.
     В отношении своих кум Амаро действовал расчётливо и стремительно. Повязав себе на шею платок и прикрепив к поясу кинжал, он садился на лошадь и с благородным видом, как того требовала ситуация, медленно проезжал по округе. Остановившись у дома знакомого семейства, он делал несколько хлопков в ладоши, а когда хозяйка выходила и приглашала в гости, спрашивал, дома ли кум. Если дома, Амаро, не слезая с лошади, желал им всего хорошего и двигался дальше. В отсутствие мужа он принимал приглашение на чашку кофе и, по слухам, в девяти случаях из десяти в считанные минуты получал то, за чем являлся.
     Друзья как-то раз спросили Амаро, не стыдно ли ему домогаться собственных кум, а тот в своё оправдание ответил: "Так ведь кума — она мне только с головы до пояса кума."
     Многие мужья знали или догадывались о похождениях Амаро к их жёнам, о тянувшейся за ним славе "жеребца-производителя", топчущего чужую "пашню", и втайне надеялись, что однажды он всё же попадётся на прицел кому-нибудь из разгневанных "рогоносцев". Однако в первой половине XX века преступлений на почве ревности в районе Пау Гранде зарегистрировано не было. А в случае с Амаро, ни одного главы семейства, готового расписаться в наличии у себя "рогов", так и не нашлось. Здесь, правда, не последнюю роль могло сыграть и то, что, помимо родства Амаро с Манэ Кайейрой, влиятельным в Пау Гранде человеком, он к тому времени уже работал на фабрике охранником, а по местным правилам охранник считался кем-то вроде начальника с почти полицейскими полномочиями.

 
  15

СЛЕДУЮЩАЯ СТРАНИЦА »


 
« НАЧАЛО КНИГИ СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА »